Новости

Побеспокоимся о реальности / Владимир Бузаев
, / 0 0

Побеспокоимся о реальности / Владимир Бузаев

Мэр Риги Нил Ушаков не видит проблем с качеством образования в стране и в доверенном ему городе.
SHARE
Home особое мнение Побеспокоимся о реальности / Владимир Бузаев

Владимир Викторович Бузаев — кандидат технических наук, общественный и политический деятель, правозащитник.

3 марта мэр Риги Нил Ушаков дал интервью газете Latvijas Avīze под названием «Нужно беспокоиться о реальности, а не о фильмах».

На вопрос, а не могут ли вызвать протесты в Риге против намеченного правительством закрытия русских школ тот ядерный кошмар, который показан в нашумевшем фильме BBC, и последовал ответ, что школы нацменьшинств нельзя трогать, вызвавший широкий отклик СМИ благодаря переводу фрагмента интервью на более распространенный в мире язык, оперативно сделанному порталом Delfi.

Очень хорошо, что председатель партии, имеющей крупнейшую фракцию в Сейме, наконец-то высказал свое отрицательное мнение о планах ликвидации образования на языках нацменьшинств, актуализированных еще 12 января в высказываниитогда еще кандидата в премьеры, а с 11 февраля закрепленной и в правительственной декларации. Но вот аргументы, представленные в обоснование этой судьбоносной для русской общины Латвии позиции, мягко говоря, имеют резервы для совершенствования.

Излишне оптимистичным представляется главный тезис Ушакова о том, что «что существующая система [образования нацменьшинств] сейчас работает идеально». Этот тезис подкрепляется вполне верной отсылкой на то, что учащиеся школ нацменьшинств сдают экзамены по тем же стандартам, что и ученики латышских школ, но не подтвержденным фактами утверждением о том, что «и результаты у них примерно такие же».

Мне неоднократно приходилось писать, что переход на единые стандарты обучения и сдачи экзаменов по латышскому языку стал для русских школьников настоящей катастрофой. Это все равно, что ввести единые для эльфов и троллей стандарты по стрельбе из лука, хотя можно, к примеру, было бы предложить им посоревноваться в вольной борьбе.

Сравнительный анализ результатов такого единого экзамена 2015 года в средней школе среди 6285 выпускников латышской, и 1579 — русской школы (все дневные средние школы и гимназии всех типов) просто ошеломляющий.

На низшую категорию (А1) сдали всего 25 латышских школьников, и 102 русских. Зато на высшую (С2) — соответственно 637 и 8. Для сведения мэра Риги — из 102 неуспевающих 62 (61%) учились в Риге. А вот из 8 отличников Ригу представляют лишь 50% (соответственно 34, 35, 95 средняя школа и Пурвциемская гимназия). Еще три полиглота учились в Даугавпилсе, и один — в Резекне.

Хорошие это показатели для Риги или плохие? Для того, чтобы ответить на вопрос, следует обратиться к статистике распределения школьников по регионам.

В динамике эта статистика свидетельствует об опережающей ликвидации школ нацменьшинств волевыми решениями самоуправлений. С 1998 года число русских школ сократилось вдвое, латышских — только на 12%. В сельской местности, за исключением Латгалии, получить даже начальное образование на русском языке не представляется возможным. В Курземе к 2014 году русские классы ликвидированы полностью, в Видземском и Земгальском регионах на одного русского ученика приходится почти 300 взрослых русских, на одного латышского — 10 взрослых латышей.

Такой погром никак не объясняется снижением рождаемости, которая у русских действительно существенно ниже, чем у латышей. С 2008 по 2014 гг. средняя заполняемость латышской школы уменьшилась с 212 до 205 учеников, а русской — увеличилась с 391 до 466 учеников. Русские школьники сосредоточились в больших городах, преимущественно в Риге.

Доля Риги среди учащихся школ нацменьшинств с 2002 по 2014 гг. возросла с 51% до 58%, а доля старшеклассников составила 64%. Последняя цифра и есть точка отсчета для регионального сравнения результатов экзаменов.

Печальные результаты единого экзамена по латышскому языку, неизменно повторяющиеся уже с 2012 года, не удивительны. Этого и следовало ожидать от постановки заведомо неравных групп в равные условия, благоприятные только для одной из них. И таких же результатов следует ожидать от перевода на латышский язык преподавания любых предметов — от математики до вышивания крестиком.

Более того, для математики, которая в большинстве случаев и попала под те 60% предметов, которые преподаются в русских школах на латышском языке, этот «эльфийско-тролльский» феномен доказан. В соответствующем выпускном экзамене на протяжении 10 последних лет четко прослеживается прогрессирующий разрыв между результатами латышских и русских школьников, причем они даже поменялись местами: результаты выпускников латышских школ в начале периода были существенно хуже, а теперь — заметно лучше. Интересно, что эта закономерность, касающаяся и других точных предметов, наиболее четко наблюдается как раз во вверенных г-ну Ушакову школах Риги.

Из отмеченной выше концентрации учащихся следует вывод, что судьба школьного образования на языках нацменьшинств в значительной степени находится в руках русского мэра Риги. Не следует забывать, что рижская дума является учредителем подавляющего большинства рижских школ, и имеет огромное, предусмотренное законом влияние, как на назначение директоров, так и на выбор учебных программ там, где такой выбор имеется. А в основной школе нацменьшинств пока законом предусмотрен добровольный выбор из нескольких рекомендуемых правительством моделей, отличающихся только долей использования латышского языка в качестве языка обучения. Например, первая (а какая же еще?) модель обеспечивает такую степень облатышивания, что выпускники уже не могут продолжать обучение в средней школе, где все же 40% образования на русском языке остаются.

Когда правительство Страуюмы в первом своем составе взяло на себя аналогичные нынешнему правительству обязательства о переводе всех школ исключительно на латышский язык (в результате кампании протеста это обязательство из программы было впоследствии изъято!) то осуществлять программу выпало министру образования Ине Друвиете, которая нынешнего министра Шадурскиса стоит! Она бесхитростно решила добровольно — принудительно внедрять в основные школы первую модель, оказывая давление на директоров. Так вот, при сопротивлении самоуправления такой способ латышизации русских школ, не меняя законодательства, в принципе невозможен!

Но наш мэр ни тогда проблем в упор не видел, и сейчас не замечает. Он и в интервью своем утверждает, что процесс ликвидации образования на русском языке вовсе не обязывающий тезис правительственной программы, а некое соревнование «паразитирующих на интересах детей кретинов», среди которых поименно называет 27-летнего бакалавра наук Яниса Домбраву и 69-летнего доктора педагогики Якова Плинера. При этом он на одну доску ставит не только этих равно не нравящихся ему людей, но и их идеи: «восстановления республики» времен К. Ульманиса или возвращения к системе свободного выбора языка образования, характерной для независимой Латвии до 1934 года.

Яков Гдальевич, кстати, последнюю идею на практике осуществлял в начале 90-х, возглавляя департамент образования нацменьшинств в тогдашнем министерстве образования. И оставил Нилу в наследство несколько созданных школ нацменьшинств, которыми Нил ныне и управляет в рамках продемонстрированного в интервью уровня компетентности.

Не следует забывать, что опережающее сокращение русских школ происходит и в Риге, причем «достижения» эти в период пребывания Ушакова мэром тоже вполне впечатляющие. В период его «мэрства» закрыто 16 русских школ, больше, чем при любом другом мэре, в том числе и из партии Домбравы. При этом средняя наполняемость русской школы увеличилась с 548 до 670 учеников.

Так что избави нас Господь, от таких защитников, а уж с врагами мы и сами как-нибудь справимся.

Владимир Бузаев

Источник: rus.delfi.lv